Почему скрининг начинают, пока нет симптомов?

О том, каких органов при диабете касается повреждение и в сосудах какого размера оно накапливается, рассказывает отдельная статья. Здесь вопрос другой: почему это накопление ничего не даёт почувствовать и почему скрининг не ждёт жалобы? У всех трёх общее одно: в раннем периоде они себя не проявляют. Организм не подаёт сигнала тревоги, человек чувствует себя хорошо.

Яснее всего дело обстоит с глазами. Когда сосуды сетчатки начинают пропускать жидкость и закупориваться, зрение ещё долго остаётся прежним. Само изменение видно только при осмотре сетчатки; о том, как её осматривают, рассказывает статья о глазах.

Тишина в почках возникает по другой причине. Запас у органа заметно больше потребности: пока одна его часть работает с трудом, остальная продолжает нести нагрузку. Поэтому альбумин, просачивающийся в мочу, обнаруживается раньше, чем появляются жалобы. А тишина в нервах рождается оттого, что потеря идёт медленно: о том, что чувствительность снизилась, человек чаще всего узнаёт на осмотре. Когда защитная чувствительность стёрта, рана на стопе не болит, то есть заметить её можно не по ощущению, а глазами.

У раннего осмотра есть ещё одна функция: он оставляет отправную точку, с которой будут сравнивать следующие осмотры. Если в записях нет отправной точки, медленное изменение не выглядит изменением; и глазное дно, и почечные показатели обретают смысл только тогда, когда их читают вместе с собственным прошлым.

А почему начало скрининга сдвигается в зависимости от типа диабета? Ответ кроется в дате начала болезни. Диабет 1 типа начинается с отчётливой картины: его первый день более или менее известен, и счётчик идёт с этого дня. Скрининг подключается через несколько лет, потому что накопление повреждения требует времени. У тех, кому диагноз поставили в детстве, счётчик идёт иначе: в годы до полового созревания повреждение накапливается не с той же скоростью, поэтому и первый осмотр начинается позже.

Диабет 2 типа, наоборот, развивается тихо, и диагноз ставят спустя годы. В этот промежуток между болезнью и её диагнозом повреждение вполне могло уже начаться. Поэтому скрининг начинается в день диагноза: у части людей поражение глаз находят уже на первом осмотре.

Именно здесь и видно, чем оборачивается ожидание симптома. После того как в сетчатке образовались хрупкие новые сосуды, в почках снизилась способность фильтровать или на стопе стёрлась защитная чувствительность, список того, что можно сделать, становится короче. А в раннем периоде картина ещё подвижна и открыта для смены направления. Тихий период измеряется не неделями, а годами: настолько же широко и окно, в котором работает скрининг.

То, что замечают в позднем периоде, известно: затуманивание зрения или плавающие пятна, онемение и покалывание в стопе, стойкий отёк лодыжки. Перечислить их — не поставить диагноз, а показать, что именно скрининг старается оставить позади.

Частоту подбирают под человека, и единый график не подойдёт всем. Неизменной остаётся логика. По той же причине масло в машине проверяют, пока мотор ещё не шумит: момент, когда шум появился, — это момент, когда самый дешёвый ремонт уже позади.