Повышает ли стресс сахар в крови?

В момент стресса включаются сразу несколько гормонов, которые поднимают сахар. Адреналин срабатывает за секунды: он расщепляет запас в печени и отдаёт в кровь готовый сахар. Кортизол начинает действовать медленнее, держится дольше, и главная его задача другая: он подталкивает печень вырабатывать новый сахар, а заодно усиливает действие адреналина и глюкагона. И адреналин, и кортизол мешают мышцам и жировой ткани забирать сахар, то есть в крови сахара остаётся больше. Кортизол вмешивается и в выделение инсулина: за короткое время повышает его, а если стресс затягивается, подавляет.

Этот механизм не сбой, а замысел. Перед лицом угрозы мышцам нужно быстрое топливо, и организм готовит это топливо заранее. Проблема в том, что механизм не различает вид угрозы. Физическая опасность, от которой надо убегать, и напряжение перед встречей, исхода которой ждут, выстраивают в теле одну и ту же цепочку гормонов и запускают ту же самую подготовку топлива. Полноценный инсулиновый ответ справляется с этим толчком, и подъём остаётся ограниченным; если же ответа не хватает, тот же толчок виден в измерении в чистом виде. То, что внезапный стресс сбивает измерения, хорошо описано. Для затяжного стресса картина менее чёткая: там влияние идёт не столько прямым гормональным путём, сколько косвенно, через сон, аппетит и привычную подвижность.

Стресс бывает не только эмоциональным. Инфекция с температурой, сломанная кость, операция, непроходящая боль, тяжёлый ожог — все они проходят одним и тем же гормональным путём. Поэтому подъём сахара в реанимации, даже у людей без диабета, — известная картина. Чем тяжелее нагрузка на тело, тем заметнее подъём. Вот что в дни болезни удивляет по-настоящему: аппетит пропал, половина тарелки осталась нетронутой, а цифра всё равно идёт вверх. Потому что болезнь продолжает заставлять печень работать, даже если еда не поступает.

Поэтому судить по одному измерению трудно: ведь цифру нельзя прочитать отдельно от той нагрузки, которая выпала на этот день. Значение, поднявшееся при внезапном напряжении, само отступает, когда триггер проходит; сахар, поднявшийся во время болезни, чаще всего вместе с выздоровлением возвращается в привычное русло. То, что у подъёма есть название, выводит его из разряда случайных сбоев.